Южно-Сахалинск
Суббота, 07 декабря 2019г.
облачноПогода
днем -5 ночью -16
Поиск: ДВ России Яndex Апорт Rambler Google Yahoo    

Информация: Общество
[] [] []

Кто вы, дети войны?

Общественные настроения Два года назад региональная общественная организация пенсионеров «Совесть» поставила задачу найти ответ на вопрос, вынесенный в заголовок этой публикации. Среди жителей Сахалина, в основном входящих в категорию «детей войны», то есть родившихся   в период с 4 сентября 1927 по 3 сентября 1945 гг.,  была распространена анкета. Ее вопросы  о положении пенсионеров касались проблем злободневных, важных для пожилых и престарелых граждан: их жилищных условий, лекарственного обеспечения, медицинских и транспортных услуг. А  самым главным в анкете  был вопрос о том, удовлетворяют ли их размеры пенсий и пособий, выплачиваемых в качестве социальных льгот как участникам войны, трудового фронта, блокадникам Ленинграда, узникам фашистских концлагерей, ветеранам труда, инвалидам, и насколько эти размеры адекватны все растущей стоимости жизни в различных ее проявлениях.        Ответы на вопросы анкеты в адрес инициатора проекта, руководителя организации «Совесть» Татьяны Рукавишниковой, прислали за это время более 160 жителей области из Александровск-Сахалинского, Поронайского, Смирныховского, Углегорского, Холмского районов и Южно-Сахалинска. Результаты анкетирования сегодня анализирует наш корреспондент. ГЕРОИ  НАСТОЯЩИЕ ИЛИ МНИМЫЕ? Из общего числа сахалинцев, ответивших на этот вопрос  анкеты о детях войны, более 85 проц. относятся к данной категории.  И подавляющее большинство респондентов считает этих людей подлинными героями,  пережившими тяжелейшее время в истории страны и хлебнувшими горя полной чашей. Действительно, им пришлось на себе испытать унылость сиротства и ужасы  бомбежек, заменить на рабочих местах отцов и братьев, ушедших на фронт, а после войны – восстанавливать народное хозяйство страны. Война украла у них детство, заставила повзрослеть намного раньше времени. До сих пор они не забыли, как голодали и мерзли в те лихие годы, как боялись почтальонов,  которые приносили в  семьи фронтовиков «похоронки» – извещения о гибели кого-нибудь из родных... 23 участника опроса оценили себя более скромно и считают, что «настоящие герои – это наши родители, а мы – жертвы войны, и выжили мы только благодаря родителям».  Один товарищ написал, что дети войны – «просто люди, которые работали с детства до старости». Что ж, каждый волен считать по-своему. Только с двумя ответами, думается, согласиться никак нельзя. Автор первого назвал детей войны героями «мнимыми», второго – «примазанными». К чему, собственно, можно в этом движении быть «примазанным» (точнее говоря – «примазавшимся»)?  Никаких особых льгот – ни материальных, ни даже моральных – участие в нем пока что не приносит, скорее наоборот: активистам  приходится выполнять довольно солидный объем работы совершенно бесплатно, на общественных началах, а то и за свой счет. И даже одно их существование как самостоятельной общественной организации подчас раздражает власть имущих и вызывает неприязнь. С другой стороны, трудно согласиться и с теми, кто предлагает приравнять детей войны по льготам к ее участникам. Все-таки пережидать бомбежку в надежном укрытии намного безопаснее, чем в полевом окопе, или чем ходить в лобовую атаку. А вот уравнять их с тружениками тыла было бы, наверное, справедливо. Особенно в отношении детей, практически всю войну помогавших взрослым работать на полях, ухаживать за животными, выполнять порой самые низкооплачиваемые обязанности на селе, да и в городе. Тем более что в восстановлении и дальнейшем развитии народного хозяйства страны они сыграли, пожалуй, решающую роль, но по разным причинам очень многие из них статуса участников трудового фронта не имеют. РАБОТАЛИ  С ДЕТСТВА ДО СТАРОСТИ Это не просто «красивая» фраза. Некоторые участники опроса к ответам на анкету приложили краткие личные воспоминания о детстве, о военных годах. И у нескольких человек есть в этих «мини-мемуарах» упоминание о том, что «я начал работать с восьми лет», то есть с первого класса школы. Разумеется, «работники» из столь юных созданий были не ахти какие, но они трудились усердно и в полную меру своих силенок, а главное – росли не белоручками, а работягами, тружениками. Об этом косвенно свидетельствуют данные обозреваемого анкетирования. Из 165 приславших  ответы лишь 22 имеют возраст от 60 до 67 лет, остальные гораздо старше: 53 человека – от 68 до 74-х,  42 – от 75 до 80-ти, а 33 – от 81 до 86-ти, то есть как раз «укладываются» в довольно жесткие рамки,  неизвестно кем установленные для категории детей войны (15 участников проекта свой возраст не указали вообще). Зато на стаж работы никаких ограничений не существует: от 21 до 30 лет проработали 11 ответивших, от 31 до 40 – 46, от 41 до 50 – 57, от 51 до 60 – 28 и более 60 – 2 ветерана,  причем  один из них  настоящий ре-кордсмен – мужчина со стажем в 66 календарных(!) лет. Эта информация о возрасте и трудовом стаже  пенсионеров, решивших поучаствовать в анкетировании, безоговорочно дает понять, что авторы ответов не какие-нибудь люмпены, промотавшие трудоспособные годы в лени и пьянстве, а напротив – достойные люди, заслужившие полное право хоть в преклонном возрасте пожить в достатке. Это однозначно подтверждают и сведения о их социальном статусе. 4 респондента являются участниками войны, 18 – участниками трудового фронта, и все они одновременно относятся и к ветеранам труда РФ, как и большинство из 47 инвалидов, заработавших «группу» на производстве или от болезней, полученных еще в годы тяжелого детства. Всего же в категории ветеранов труда  состоят 132 из ответивших на анкету. Еще один респондент являлся жителем блокадного Ленинграда, а двое – малолетними узниками фашистских концлагерей. Пятеро не имеют никакого статуса, дающего право на льготы. Еще два вопроса анкеты касались места проживания ветеранов и  качества их жилья. Как и следовало ожидать, чаще всего они называли таким местом Южно-Сахалинск (99 ответивших),  далее идут Онор (22), Углегорск (20), Чехов (7), еще из нескольких районов поступило по одному-два ответа. 123 ветерана сообщили, что живут в благоустроенных квартирах, 33 – в неблагоустроенных, 9 нуждаются  в расширении жилплощади или снимают ее. КАЧЕСТВУ ЖИЗНИ  ПОСТАВИЛИ «ТРОЙКУ» Казалось бы, раз подавляющее большинство опрашиваемых живет более-менее сносно и  пользуется теми или иными льготами (33 неблагоустроенные квартиры – это преимущественно сельские деревянные дома с печным отоплением, которые в основном устраивают ветеранов, были бы впрок заготовленные да наколотые дрова), так и жаловаться на свое житье-бытье у них нет особых причин. Почему же тогда всего-навсего восемь из участников проекта оценили качество своей жизни как хорошее (на 4 балла по пятибалльной шкале), 26 поставили «двойки», четверо – «единицы», «пятерки» не дал этому критерию ни один (!), а вот «троек» удостоили его 104 человека. Чем же недовольны и в чем нуждаются наши дети войны? Ответы можно без труда найти опять-таки в присланных анкетах.  На качество медицинского и лекарственного обслуживания не пожаловались всего лишь шестеро, а на работу транспорта – один-единственный респондент.  Остальные  не просто  недовольны, а возмущены бесконечными очередями за пресловутыми талончиками на прием к врачам,  обширным  перечнем платных услуг, «поспешивших» на смену бесплатным, непомерной  дороговизной  большинства  импортных лекарств,  которые выписывают  доктора,  нередко «забывая» предложить  пациенту  дешевый отечественный  аналог, ничем  не уступающий  «иностранцу»... В большинстве же сетований на автобусное обслуживание,  по мнению опрашиваемых,  повинны в первую очередь местные власти, отдавшие значительную часть пассажироперевозок  на  откуп владельцам  микроавтобусов, которые ведут себя по-хамски, сходят с маршрутов когда им заблагорассудится. Кроме устранения столь вопиющих  недостатков в этих двух сферах, многие анкетируемые нуждаются  в ремонте квартир и выделении нового или просто добротного жилья, помощи  в оплате услуг ЖКХ, которые отнимают у ветеранов почти половину пенсий. На высокие цены в принципе жалуются практически все ветераны. Некоторые неработающие пенсионеры, как известно, страдают от одиночества. Другие, наоборот, – от притеснения родственников, живущих с ними под одной крышей.  У таких участников  анкетирования интересовались: хотят ли они жить в доме-интернате для ветеранов и в каком месте он должен быть расположен. 121 человек ответил однозначно: нет,  не хочу. При этом двое выразились особенно эмоционально: «Боже упаси!». 13 детей войны согласны  хоть сейчас поселиться в такой дом-интернат, но с оговорками: чтобы он был со всеми удобствами; с отдельной комнатой для каждого жильца; в более благоприятном климате; только в Шахтерске; обязательно на материке; в живописном и тихом месте; недалеко от храма; в более благополучном (?) городе России. Еще четверо заявили: готовы жить в доме-интернате  будущего,  только не в теперешнем южно-сахалинском. Остальные 25 пока еще не определились с решением переехать в «казенный дом», и некоторые из них ждут, когда на Сахалине построят новое здание для ветеранов – детей войны и оснастят его на самом современном уровне. Есть ли у вас близкие родственники,  заботятся ли они о вас? Ответить положительно на эти вопросы смогли только 72 человека, у 17 никого  нет, у остальных родня вроде бы и есть, но по разным причинам помощи от нее ждать не приходится: она или живет далеко, или сама еле сводит  концы с концами, а ветеранам  даже  приходится ей  помогать... НАДОЕЛО СЧИТАТЬ РУБЛИ Насколько способны дети войны на такую помощь или хотя бы насколько обеспечены сами, без посторонней  поддержки, дают ответы на вопрос «Каков размер вашей пенсии?», ставший, пожалуй, самым главным для определения качества жизни. Оказывается, у нас еще есть люди, месячный пенсион которых не превышает  9 тыс. рублей.  При этом трудовой стаж составляет от 21 до 27 лет. Как поется в одном фильме, «вроде не бездельники и могли бы жить». О крайне маленьких пенсиях сообщили 17 человек. От 10 до 14 тыс. получают  56 респондентов,  от 15 до 20 тыс. – 39,  от 21 до 23 тыс. – 17,  и лишь трое из ответивших  на этот вопрос,  «пропахавшие» во славу Родины 56 – 60 лет, имеют вполне терпимые пенсии,  превышающие  27 тыс. рублей. Иными словами, около 60 проц. участников опроса, обладающих различными «льготными» статусами, живут на средства, не превышающие половины среднего регионального заработка. Далее  шел вопрос, ответы на который сразу прояснили,  почему  анкетируемые столь скупо оценили качество своей жизни  (читайте выше.– Прим. автора).  «Достаточно ли вам этой пенсии?» – спросили составители анкеты. И лишь 15 ветеранов ответили: «Да», а еще трое «промолчали». Зато 147 остальных дружно написали как выкрикнули: «Нет!». И действительно,  как могла бы по-иному ответить 78-летняя  женщина, ветеран труда, проработавшая 60 лет няней в садике, а получающая всего 12,3 тыс. рублей в месяц, из которых 5 тысяч  приходится отдавать за услуги ЖКХ? А разве не обидно 76-летнему пенсионеру-шахтеру, имеющему 30 лет подземного стажа, что его пенсия не дотянула даже до 11 тыс. в месяц? Какую же пенсию можно считать достойной? Ответы на этот вопрос заставляют задуматься. 16 опрошенных пожелали получать ежемесячно от 36 до 40 тыс., а 13 пенсионеров – и того больше: до 50 тыс. рублей. Есть и такие, кто согласен на пенсию чиновника или депутата. Потребности же самой массовой группы,  в которой 48 человек, лежат в диапазоне  26 – 35 тыс. рублей, то есть  70 – 95 проц. средней заработной платы по региону. Гораздо скромнее запросы группы из 34 человек: они мечтают о 20 – 25 тыс., а еще 39 респондентов устроили бы и 15 – 19 тыс. И уж совсем непритязательно абсолютное  меньшинство из  анкетируемых: некоторым для полного счастья хватило бы и 10 – 14 тыс. Еще более удивили те,  кто заявил, что для них пенсии в 10 – 12 тыс. вполне хватает, а один пожилой  инвалид первой группы, получающий 17 тыс., назвал эту сумму не только достаточной, но и как бы излишней, поскольку на вопрос, какую пенсию он считает достойной, ответил: 11 тыс. рублей. Словом, если не считать этих единичных мнений, очевидно, что прибавке к гособеспечению были бы рады почти все, кому оно положено, И прибавке не мизерной, а такой, «чтобы все было доступно – и питание, и лекарства, и проезд», как написала одна участница опроса. МЕНЬШЕ БОЛТАТЬ, БОЛЬШЕ ДЕЛАТЬ Наиболее пространно ответили наши земляки на последние  вопросы  анкеты: «Что должна сделать власть, чтобы улучшить вашу жизнь, и считаете ли вы, что это ее обязанность?». И опять-таки самым частым ответом было требование улучшить материальное  благополучие  пожилых и престарелых людей: радикально повысить им пенсию, чтобы не приходилось считать каждый рубль, доведя ее до 70 – 80 проц. или хотя бы до половины среднего заработка по региону; вернуть  вклады, «замороженные»   по распоряжению правительства  на счетах сбербанка еще два с лишним десятилетия назад; «укротить» несметные и постоянно растущие тарифы ЖКХ; контролировать и регулировать цены хотя бы на самые необходимые продукты и лекарства; тем, кому за 70, установить доплату к пенсии и сделать бесплатными большинство медицинских услуг. Особенно озабочены ветераны растущей дороговизной протезирования  и некоторых видов лечения зубов: даже для прохождения этих процедур в государственных учреждениях  основной массе пенсионеров приходится копить на это «удовольствие», бывает, годами, а частные клиники им и подавно  не по карману. Обращает на себя внимание тот факт, что анкетируемых  волнуют не только заботы о качестве своей жизни. Не менее настойчиво требуют они, например, создавать новые рабочие места и достойные условия жизни для молодых людей;  искоренять коррупцию во властных структурах, на предприятиях и в организациях. Умерить аппетиты олигархов, чиновников; поднять налоги на роскошь и богатство, вернуть богатства недр в госсобственность; контролировать исполнение законов и Конституции России и даже – отменить ЕГЭ и запретить пошлые телепередачи  (как раньше говаривали – до всего им есть дело). А еще призывают власть меньше болтать и больше делать: заботиться о детях-сиротах, инвалидах, немощных одиноких стариках, в общем – работать. И добиться совместно с другими регионами принятия статуса «дети войны» на федеральном уровне. Для чего,  разумеется, не помешало бы вначале принять статус областной. А. ЛАШКАЕВ.

Газета "Советский Сахалин"

6 февраля 2014г.


[] [] []

Вернуться назад